я командир помойки

потёмок колючей бедности

в темноту губы 

и зачем не насмерть

обнаженные уже голоса

не умирай 

холодным днем отыскать жизнь

в магазине без продавца

мы умерли сумерки я

до духоты ухали мхом пахло

я опять

облака ума 

это жалость где я

иногда живу 

возвращаясь издалека

я ничего не

связь 

того сего 

здесь

это — не жисть

это мое дело 

подвал

где не хватает слова

в волнение площадей 

дырявое счастье

я вот я 

шантрапа 

милая я 

кровохарканье шпаны 

до конца

именно здесь

я

только что по-другому